Подборка книг по тегу: "страсть и любовь"
Мой отчим — жестокий зверь зверь, который не знает ни жалости, ни нежности.
Я его игрушка, можно сказать, вещь.
Все меняется, когда этот монстр влюбляется в меня, и нас захлестывает запретной страстью.
Я его игрушка, можно сказать, вещь.
Все меняется, когда этот монстр влюбляется в меня, и нас захлестывает запретной страстью.
- А мне и спорить не надо, - задеваю кончиком языка мочку и отстраняюсь.
Его кадык дергается, глаза становятся на два тона темнее, по лицу расползается тень.
- Значит, договоримся, - хрипит, сглатывая.
- О чем?
- Мне помощь твоя нужна. Ты поможешь мне, я помогу тебе.
- Не поняла, - хмурюсь, складывая руки на груди.
- Будешь играть роль моей девушки пару недель. По-соседски.
- Вот еще, - отворачиваюсь, всем видом показывая, что мне не интересно. - По-соседски ты можешь попросить у меня соль, не более.
- Я предлагаю взаимовыгодную сделку.
- И в чем моя выгода? - голос проседает, чувствуя, что пахнет жареным.
- А что ты хочешь? - притянув за талию, обжигает губы дыханием.
- Тебя, - сама не верю, что озвучиваю это.
Мы стали случайными соседями. Я каждую ночь слушаю, как он развлекается. В ответ делаю все, чтобы ему помешать. Наше соседство усложняется тем, что он явно хочет меня, а я едва держусь, чтобы не сдаться добровольно.
Его кадык дергается, глаза становятся на два тона темнее, по лицу расползается тень.
- Значит, договоримся, - хрипит, сглатывая.
- О чем?
- Мне помощь твоя нужна. Ты поможешь мне, я помогу тебе.
- Не поняла, - хмурюсь, складывая руки на груди.
- Будешь играть роль моей девушки пару недель. По-соседски.
- Вот еще, - отворачиваюсь, всем видом показывая, что мне не интересно. - По-соседски ты можешь попросить у меня соль, не более.
- Я предлагаю взаимовыгодную сделку.
- И в чем моя выгода? - голос проседает, чувствуя, что пахнет жареным.
- А что ты хочешь? - притянув за талию, обжигает губы дыханием.
- Тебя, - сама не верю, что озвучиваю это.
Мы стали случайными соседями. Я каждую ночь слушаю, как он развлекается. В ответ делаю все, чтобы ему помешать. Наше соседство усложняется тем, что он явно хочет меня, а я едва держусь, чтобы не сдаться добровольно.
Что делать богатой, успешной стерве, у которой есть всё, а жизнь превратилась в скучный глянцевый рай? Конечно, просить у подруги-психиатра дозу жесткого адреналина, интриг и «любви до соплей»!
Диагноз поставлен: зажралась. Лечение: полная изоляция от платиновых карт, съемная однушка в Капотне и должность администратора в поликлинике №4. Теперь её враги — штурмующие регистратуру пенсионеры и…Анатолий Сергеевич.
Он — бог травматологии: дьявольски красив, умен, эгоистичен до мозга костей и привык позволять себя обожать. У Леры внутри мгновенно щелкает тумблер с командой «Фас!», но этот стервец даже не смотрит в её сторону. Он сам — прирожденный хищник, который привык выбирать жертву, а не подчиняться чужим правилам.
Их война на уничтожение началась с первого взгляда. Но что делать Валерии, когда игра выйдет из-под контроля, а костоправ решит, что она смертельно больна, и пообещает спасти её любой ценой? Ведь главный пипец начнется тогда, когда ему придется узнать её настоящий секрет.
Диагноз поставлен: зажралась. Лечение: полная изоляция от платиновых карт, съемная однушка в Капотне и должность администратора в поликлинике №4. Теперь её враги — штурмующие регистратуру пенсионеры и…Анатолий Сергеевич.
Он — бог травматологии: дьявольски красив, умен, эгоистичен до мозга костей и привык позволять себя обожать. У Леры внутри мгновенно щелкает тумблер с командой «Фас!», но этот стервец даже не смотрит в её сторону. Он сам — прирожденный хищник, который привык выбирать жертву, а не подчиняться чужим правилам.
Их война на уничтожение началась с первого взгляда. Но что делать Валерии, когда игра выйдет из-под контроля, а костоправ решит, что она смертельно больна, и пообещает спасти её любой ценой? Ведь главный пипец начнется тогда, когда ему придется узнать её настоящий секрет.
Градус безумия взлетел до предела, когда на лекции майора о вреде служебных романов Диана выдала в лоб:
— Товарищ майор, а как вы относитесь к сексу без романа? Чисто для разгрузки и снятия стресса?
Пока начальник багровел от шока, а я судорожно хватал ртом воздух, эта невыносимая девчонка спокойно добавила:
— Так можно или нет? Про это в уставе ничего не написано.
Я — Макс Соколов, вице-сержант и лучший курсант Тверской академии. Мой взвод жил спокойно, пока из Москвы к нам не перевели её — Диану Ли по прозвищу Калифорния.
Она — дочь погибшего полковника, безумная бунтарка с внешностью модели и характером-цунами. Ей плевать на устав, а парней к ней тянет как магнитом. Я должен был приструнить новенькую, но на совместной практике наши тормоза сорвались окончательно.
И теперь я совершенно не знаю, как уберечь взвод от катастрофы, а свое сердце — от этой сумасшедшей бунтарки.
— Товарищ майор, а как вы относитесь к сексу без романа? Чисто для разгрузки и снятия стресса?
Пока начальник багровел от шока, а я судорожно хватал ртом воздух, эта невыносимая девчонка спокойно добавила:
— Так можно или нет? Про это в уставе ничего не написано.
Я — Макс Соколов, вице-сержант и лучший курсант Тверской академии. Мой взвод жил спокойно, пока из Москвы к нам не перевели её — Диану Ли по прозвищу Калифорния.
Она — дочь погибшего полковника, безумная бунтарка с внешностью модели и характером-цунами. Ей плевать на устав, а парней к ней тянет как магнитом. Я должен был приструнить новенькую, но на совместной практике наши тормоза сорвались окончательно.
И теперь я совершенно не знаю, как уберечь взвод от катастрофы, а свое сердце — от этой сумасшедшей бунтарки.
Брат мужа вломился в наш дом в балаклаве и соблазнил меня. Сначала я его ненавидела, а потом покорилась. Вот только к чему приведет это сумасшествие?
***
— Ты больной.
— Возможно, но я больше не отдам тебя своему брату. Потому что ты только моя.
***
— Ты больной.
— Возможно, но я больше не отдам тебя своему брату. Потому что ты только моя.
– Ты врываешься в мой кабинет, отвлекаешь от дел и просишь представлять интересы твоей клиентки? – не поверил своим ушам Андрей Гордин.
– Да, – подтвердила я.
– Почему сама её не возьмёшь? Ты прослыла лучшим адвокатом по бракоразводным процессам, – ухмылялся он, не забыв добавить, – после меня, разумеется.
– Я не могу быть адвокатом этой женщины.
– Почему? – подозрительно нахмурился.
– Адвокатская этика не позволяет. Клиентка – жена моего бывшего мужа.
Андрей ходил вокруг меня, прожигал взглядом, мучил ожиданием. Оказавшись за спиной, приблизился и прошептал на ухо низким, опасным голосом:
– Возможно, я соглашусь. Но ты должна будешь кое-что сделать.
– Что? – спросила я настороженно.
– Ты переспишь со мной.
Адвокатская этика не позволяет мне браться за дело клиентки – нынешней жены моего бывшего мужа, с которым мы развелись восемь лет назад. Андрей Гордин – самый циничный, бессердечный адвокат. Он пойдёт на всё, чтобы выиграть дело. И помочь мне сможет только он.
– Да, – подтвердила я.
– Почему сама её не возьмёшь? Ты прослыла лучшим адвокатом по бракоразводным процессам, – ухмылялся он, не забыв добавить, – после меня, разумеется.
– Я не могу быть адвокатом этой женщины.
– Почему? – подозрительно нахмурился.
– Адвокатская этика не позволяет. Клиентка – жена моего бывшего мужа.
Андрей ходил вокруг меня, прожигал взглядом, мучил ожиданием. Оказавшись за спиной, приблизился и прошептал на ухо низким, опасным голосом:
– Возможно, я соглашусь. Но ты должна будешь кое-что сделать.
– Что? – спросила я настороженно.
– Ты переспишь со мной.
Адвокатская этика не позволяет мне браться за дело клиентки – нынешней жены моего бывшего мужа, с которым мы развелись восемь лет назад. Андрей Гордин – самый циничный, бессердечный адвокат. Он пойдёт на всё, чтобы выиграть дело. И помочь мне сможет только он.
Я решила покорить столицу и провалилась по полной. Одна в чужом городе, без денег и документов.
Я потеряла все. Кроме шанса узнать, что такое настоящие безумие в объятиях двоих мужчин.
Я потеряла все. Кроме шанса узнать, что такое настоящие безумие в объятиях двоих мужчин.
Впервые я видела его так близко. Олег Жданов. Хозяин огромной бизнес-империи. Жесткий, безжалостный, легко ломающий чужие жизни. Слишком легко...
Боже, как я готовилась к этой встрече! А сейчас стояла перед ним, словно обнаженная и отчаянно пыталась унять дрожь в коленях. Он осматривал меня беззастенчиво, цинично, по-мужски. Он пугал меня и притягивал одновременно.
Соберись, Кира. Ты должна получить эту работу во что бы то ни стало! Ты слишком долго к этому шла.
Жданов еще не знал, чего мне стоило оказаться здесь и что скрывал высокий ворот моей водолазки.
Я сделала этот шаг в бездну и обратного пути уже не будет.
Боже, как я готовилась к этой встрече! А сейчас стояла перед ним, словно обнаженная и отчаянно пыталась унять дрожь в коленях. Он осматривал меня беззастенчиво, цинично, по-мужски. Он пугал меня и притягивал одновременно.
Соберись, Кира. Ты должна получить эту работу во что бы то ни стало! Ты слишком долго к этому шла.
Жданов еще не знал, чего мне стоило оказаться здесь и что скрывал высокий ворот моей водолазки.
Я сделала этот шаг в бездну и обратного пути уже не будет.
Забавно устроена жизнь – сегодня я приезжаю на вызов к самодовольному качку, у которого заклинило шею после спортзала, а завтра – сижу в его кабинете и жду, когда он выпишет мне рецепт на снотворное.
А всё потому, что муж изменил мне с юной медсестричкой, а свекровь его выгораживает и меня ненавидит, прям как в анекдотах. А ещё она заведующая поликлиникой, в которой я работаю и из которой мне нельзя увольняться в ближайший год.
Муж мотает мне нервы, свекровь сживает со свету, а нахальный врач-качок снова появляется у меня на пути с необычным для врача предложением.
А всё потому, что муж изменил мне с юной медсестричкой, а свекровь его выгораживает и меня ненавидит, прям как в анекдотах. А ещё она заведующая поликлиникой, в которой я работаю и из которой мне нельзя увольняться в ближайший год.
Муж мотает мне нервы, свекровь сживает со свету, а нахальный врач-качок снова появляется у меня на пути с необычным для врача предложением.
Что может быть общего между примерной отличницей и парнем с тёмным прошлым?
Таня никогда не пересекалась с такими, как Кирилл. Он — воплощение запретного плода: притягательный и опасный, окружённый пугающей репутацией. Его прошлое окутано мраком, а компания внушает страх даже самым смелым.
Но за маской плохого парня скрывается человек с невероятной глубиной души. Когда их пути пересекаются, Таня обнаруживает, что под внешней грубостью таится ранимая натура, способная на искренние чувства и глубокие мысли.
Новогодняя ночь способна изменить всё.
Таня никогда не пересекалась с такими, как Кирилл. Он — воплощение запретного плода: притягательный и опасный, окружённый пугающей репутацией. Его прошлое окутано мраком, а компания внушает страх даже самым смелым.
Но за маской плохого парня скрывается человек с невероятной глубиной души. Когда их пути пересекаются, Таня обнаруживает, что под внешней грубостью таится ранимая натура, способная на искренние чувства и глубокие мысли.
Новогодняя ночь способна изменить всё.
Выберите полку для книги